.

Недоплатили налоги: как бухгалтеру не стать «крайним»

В последнее время руководство ФНС России настраивает своих подчиненных на то, чтобы в каждом налоговом правонарушении, в каждой недоплате они находили не просто ошибку, а коварный умысел первых лиц компании – гендира и (или) главбуха. Такой подход уже привел к увеличению количества очень некрасивых, скандальных ситуаций, когда начальство, самолично дававшее приказ об «оптимизации», пытается переложить всю ответственность на сотрудников бухгалтерии.

Взаимоотношения бухгалтера со своим непосредственным начальником или клиентом – штука тонкая. Обоюдная неприязнь – это бесконечные конфликты и потеря нервных невосстанавливающихся клеток с последующим увольнением сами понимаете кого. Но неприятностями порой чреваты и слишком уж теплые, доверительные отношения с боссом. Ах, эти бесконечные начальственные ласковые «не в службу, а в дружбу», «да все так делают» или якобы товарищеские «ну ради общего же блага»! А потом: «Примем на работу бухгалтера. Срок работы - год через три». Да, этот в целом несмешной анекдот, судя по последним громким уголовным делам, к сожалению, так и не утратил своей актуальности. В случае претензий налоговых органов «крайним» часто стараются сделать именно счетного работника. В общем, храни нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь.

В новом профессиональном стандарте «Бухгалтер» (см. стр. ***) тем, кому он посвящен, помимо прочего предписано «выявлять и предотвращать ситуации возникновения личной заинтересованности» и досконально знать профильное законодательство. Под профильным, помимо Налогового кодекса РФ и различных ПБУ, следует понимать и законодательство уголовное.

Чтобы не возникло соблазна уступить назойливым домогательствам руководителя и выполнить его противозаконную просьбу. Чтобы не маячила перспектива однажды быть вызванным на допрос: сначала – в качестве свидетеля, а потом, глядишь, - и соучастника.

Группой лиц по предварительному сговору

Зачастую бухгалтеры пребывают в уверенности, что их невозможно привлечь к уголовной ответственности, поскольку отчетность подписана директором и за ее содержание отвечает только директор. Однако это не так.

Обычно директор дает указания о том, какой должна быть сумма налогов, подлежащая уплате, а все расчеты и документы, необходимые для занижения налоговой базы, готовит бухгалтер. В этой ситуации бухгалтер с позиций уголовного законодательства является соучастником преступления, а именно пособником. Ведь он, выполняя незаконные указания директора по занижению суммы налогов, делает ровно то, что подпадает под определение пособничества: «Пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, устранением препятствий, а также лицо, заранее обещавшее скрыть следы преступления» (ст. 33 УК РФ).

Справочно

Чтобы уклонение от уплаты налогов было признано преступлением, оно должно быть совершено в крупном размере. Это означает, что сумма неуплаченных налогов должна либо превышать 15 млн рублей без каких-либо дополнительных условий. Либо сумма неуплаченных налогов должна превысить 5 миллионов рублей в пределах трех лет подряд при условии, что доля неуплаченных налогов превысила 25% от сумм, подлежащих уплате (примечание к ст. 199 УК РФ).

Причем совместные действия директора и бухгалтера (один приказал занизить налоги, второй исполнил) могут быть расценены как совершение преступления, предусмотренного статьей 199 Уголовного кодекса РФ, «группой лиц по предварительному сговору», что позволяет квалифицировать содеянное по части 2 вышеуказанной статьи. А это означает, что совершенное преступление будет относиться к категории тяжких, поскольку максимальный срок лишения свободы за такое преступление составляет 6 лет (ст. 15 УК РФ).

В случае с тяжким преступлением уголовная ответственность наступает даже за приготовление к такому преступлению (ч. 1 ст. 30 УК РФ). Как приготовление к преступлению можно квалифицировать, например, покупку фальшивых чеков для списания расходов или изготовление фальшивых документов с помощью печатей фирм-«однодневок». Причем будет неважно, успели директор и бухгалтер использовать всю эту «липу» для совершения преступления или нет. Если их деятельность была прервана по независящим от них обстоятельствам (полиция пришла с обыском и изъяла фальшивые чеки и печати «однодневок»), а соучастники с помощью фальшивых документов готовились совершить преступление, оба будут привлечены к уголовной ответственности.

Вдвоем, конечно, может и веселее, чем одному, но не на скамье подсудимых. И знаменитое папановское «Спокойно, Козлодоев, сядем усе» в данном случае - утешение слабое.

Уголовная субординация

Из постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.12.2006 № 64 можно сделать вывод о том, что субъектом преступлений, связанных с уклонением от уплаты налогов (ст. 199, 199.1, 199.2 УК РФ), могут быть как главный, так и вполне рядовой бухгалтер, а также лицо без должности, фактически выполняющее функции бухгалтера на предприятии.

Под включением в налоговую декларацию или в иные документы заведомо ложных сведений следует понимать умышленное указание в них любых не соответствующих действительности данных об объекте налогообложения, расчете налоговой базы, наличии налоговых льгот или вычетов и любой иной информации, влияющей на правильное исчисление и уплату налогов и сборов.

Обратите внимание

Правительство внесло в Госдуму законопроект об уголовной ответственности за фальсификацию отчетности финансовых организаций. За такое деяние, совершенное группой лиц, можно будет давать до семи лет. Новшество коснется сотрудников банков, страховых организаций, НПФ. Эксперты опасаются, что к уголовной ответственности будут привлекать даже технических специалистов из бухгалтерии.

Включение в налоговую декларацию или иные обязательные для представления документы заведомо ложных сведений может выражаться в умышленном неотражении в них данных о доходах из определенных источников, объектов налогообложения, в уменьшении действительного размера дохода, искажении размеров произведенных расходов, которые учитываются при исчислении налогов (например, расходы, вычитаемые при определении совокупного налогооблагаемого дохода).

К заведомо ложным сведениям могут быть также отнесены не соответствующие действительности данные о времени (периоде) понесенных расходов, полученных доходов, искажение в расчетах физических показателей, характеризующих определенный вид деятельности, при уплате единого налога на вмененный доход и т. п.

В тех случаях, когда лицо в целях уклонения от уплаты налогов и (или) сборов осуществляет подделку официальных документов организации, предоставляющих права или освобождающих от обязанностей, а также штампов, печатей, бланков, содеянное им при наличии к тому оснований влечет уголовную ответственность по совокупности преступлений, предусмотренных статьей 198 или статьей 199 и статьей 327 Уголовного кодекса РФ. 

Кто ищет, тот всегда...

Однако на практике главных бухгалтеров или иных работников бухгалтерии до недавних пор привлекали к ответственности по рассматриваемым статьям Уголовного кодекса РФ не слишком часто (в основном им удавалось «проскочить» в качестве свидетелей). Причины банальны: для привлечения к уголовной ответственности за уклонение от уплаты налогов следствию и суду необходимо установить вину всех участников. А в отношении бухгалтеров вину доказать гораздо сложнее, чем в отношении руководителей. Так что во многих приговорах можно видеть фразу о том, что главбух не был осведомлен о преступных намерениях руководителя.

Важно

Бухгалтер-свидетель не вправе отказаться от дачи показаний на допросе в ИФНС, ссылаясь на статью 51 Конституции РФ, позволяющую не свидетельствовать против себя. Главбух допрашивается в качестве должностного лица и должен дать показания о деятельности компании, а не в отношении себя лично. Свидетель вправе воспользоваться указанной нормой только при ответах на вопросы, прямо затрагивающие его права и интересы как физического лица. Так считают и налоговые органы, и многие суды.

Однако времена меняются. В письме от 13.07.2017 № ЕД-4-2/13650@ ФНС России дала своим подчиненным, а заодно и сотрудникам Следственного комитета, подробные рекомендации по поиску умысла (см. «ПБ № 9). Для повышения доходности бюджета.

Что собой представляет умышленная неуплата налогов, ФНС России разъясняет буквально «на пальцах»: это совокупность действий налогоплательщика, которые направлены на построение искусственных договорных отношений, имитация реальной экономической деятельности подставных лиц (фирмы-«однодневки»). Самыми главными признаками умышленности являются имитационные.

Признаки умысла: ТОП-5 

Признаки, свидетельствующие об умысле:

  • согласованность действий группы лиц, нацеленная на минимизацию налогов, фиктивность хозяйственных операций;

  • установленные факты подконтрольности фирмы-однодневки налогоплательщику (выданные доверенности, IP-адреса, телефоны, использование имущества, рабочей силы налогоплательщика);

  • факты имитации хозяйственных связей;

  • запутанные и сложные операции, которые продолжаются во времени и повторяются, в обычной хозяйственной жизни такие операции не применяются;

  • прямые доказательства противоправной деятельности: обнаружение печатей фирм-однодневок на территории налогоплательщика, наличие «черной бухгалтерии».

О чем спросят бухгалтера на допросе: ТОП-20 

Интересны и приложения к Рекомендациям. Это перечень вопросов, которые задают сотрудникам организации на допросе в налоговом органе при доказывании схем. Их стоит изучить, если нужно самостоятельно подготовиться к процедуре допроса в налоговом органе. Всего их, «наводящих», позволяющих «пролить свет и установить истинных виновных», с полсотни, начиная с «когда вы приступили к исполнению обязанностей в вашей должности» и «где и кем работали ранее». Помимо них бухгалтеру согласно инструкции в обязательном порядке зададут следующие.

1. Что входит в ваши должностные обязанности?

2. Вы исполняли аналогичные обязанности ранее?

3. Кто занимается подбором поставщиков, субподрядчиков для ООО «1»?

4. Как происходит поиск контрагентов, какими источниками информации вы пользуетесь при выборе контрагентов?

5. Кто выступает инициатором заключения договора с поставщиками, от кого исходит предложение о работе с конкретным поставщиком?

6. Какая ответственность предусмотрена в вашей организации при установлении поставщика?

7. Знаком ли вам лично руководитель организации-контрагента, при каких обстоятельствах, когда вы познакомились?

8. Какие работы (услуги) выполняла организация-контрагент для вас, какие товары поставляла?

9. Ранее эта организация оказывала для вас подобные услуги, выполняла работы, поставляла товары?

10. Какие действия вы предпринимали для установления деловой репутации организации-контрагента?

11. Кто дает указание для подготовки проектов договоров?

12. В случае необходимости у кого вы спрашиваете контактные данные партнера?

13. В организации существуют какие-либо регламентирующие документы по документообороту?

14. Кто несет ответственность за качество поставляемых ТМЦ (ГСМ, запчасти и др.), услуг (транспортных и др.), работ (субподряд)?

15. Назовите программу, которая используется для учета ТМЦ.

16. Как у вас в компании организован документооборот с момента поступления документа от поставщика до момента принятия товаров (работ, услуг) к бухгалтерскому учету и отражения в бухгалтерской программе?

17. Кто имеет доступ к базам «1С:Бухгалтерия», «1С:Торговля», «1С:Склад»?

18. Кто отвечает за сохранность ТМЦ, кто ведет учет, какими внутренними документами происходит списание ТМЦ для своих подразделений для производства работ?

19. Укажите должностное лицо, визирующее документы, которые вы оформляете.

20. Перечислите наименования документов, которые вы оформляете.

Кто «крайний»?

Вообще, не стоит полагать, что прикрываясь своей «неосведомленностью о действиях руководителя», бухгалтер может отражать любые операции в налоговых регистрах и отчетности, не опасаясь уголовного преследования. Совершая те или иные действия, находящиеся в «серой зоне», нужно помнить, что следственные органы обладают значительными полномочиями, позволяющими выявить и установить фактические взаимоотношения между главным бухгалтером и руководителем. Причем доказательства вовлеченности учетного работника в совершение противоправных действий могут быть как прямыми (например, переписка, в том числе и электронная), так и косвенными. Сомнительно благородные попытки выгородить руководство также могут закончиться весьма печально. Но возможность доказать, что вы не были осведомлены о противоправных планах гендира и вас использовали «втемную», существует. Приведем несколько конкретных примеров – условно «хороших» и условно «плохих».

За двумя зайцами

Итак, сургутский индивидуальный предприниматель (без наемных работников) занимался оказанием транспортных услуг для ООО. Одновременно были заключены договоры по аренде у ООО нежилых помещений и договоры поставки в адрес контрагента ГСМ, автозапчастей, материалов.

В ходе выездной проверки ИФНС установила, что доход, полученный от оказания услуг ООО, не отражен в отчетности предпринимателя. Результатом стало доначисление НДФЛ, НДС, пени и штрафа. В ходе ревизии были установлены любопытные подробности. Предприниматель не оплачивал ни услуги по аренде, ни товары, а ООО практически ежедневно перечисляло ему денежные средства без ссылки на периоды оплаты. При этом по окончании каждого квартала предприниматель и ООО прекращали якобы взаимные обязательства путем проведения зачета. Акты зачета были заверены одним лицом, поскольку предприниматель является учредителем и руководителем ООО.

Актуально

Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления.

Полученные предпринимателем от ООО денежные средства инспекция сочла авансовыми платежами и решила, что деятельность ИП направлена на уклонение от уплаты налогов и обналичивание. Денежные средства со счета предпринимателя перечислялись на счета одного из работников ООО с назначением платежа «расходы ИП».

Суды трех инстанций признали законным решение инспекции, установив, что ИП первоначально (при даче пояснений инспекции при проверке) сам указывал на погашение взаимных обязательств между сторонами путем взаимозачета, однако, осознав последствия такого действия, отказался от данных пояснений, заявив на стадии апелляционного обжалования, что акты взаимозачета не подписывал и не знал об их существовании.

Допрошенная налоговым органом в качестве свидетеля дама изначально показала, что работала бухгалтером у ИП без оформления договора, его интересы в банке и налоговом органе при выездных проверках представляла на основании удостоверенной нотариально генеральной доверенности, счетом распоряжался только предприниматель, а она выполняла его поручения, оплата за аренду помещений от ИП в адрес ООО не производилась, а проводились взаимозачеты.

К материалам выездной налоговой проверки приобщено письменное объяснение бухгалтера, в котором она сообщила налоговому органу, что ввиду необходимости срочного представления документов в Инспекцию сама подписывала акты взаиморасчетов по договорам предпринимателя ИП с ООО.

Однако сам ИП (уже в ходе судебного разбирательства) представил копию нотариально удостоверенного заявления бухгалтера, в котором она отрицает какое-либо отношение к актам прекращения обязательств взаимозачетом, к их составлению, подписанию, направлению в налоговый орган.

К этому заявлению суд отнесся скептически, указав, что «нотариус не производил допрос указанных лиц, а лишь удостоверил подписи на заявлениях, что не свидетельствует об объективности содержащихся в них сведений». Бухгалтер же могла изменить свою позицию под давлением в виду материальной и иной заинтересованности, перед угрозой ответственности - обстоятельства написания заявления суду не известны. В итоге судьи признали заявление бухгалтера ненадлежащим доказательством, не опровергающим доводов налогового органа, а самого ИП –недобросовестным, поскольку, выступая с двух сторон в сделках (ИП и руководитель компании) он не мог не знать об отражении взаимозачета в бухучете (определение Верховного суда РФ от 04.10.2017 № 304-КГ17-13599).

От привлечения к уголовной ответственности (за дачу ложных показаний) бухгалтера спасла счастливая случайность.

Сокрытие имущества 

Пресловутые взаимозачеты фигурируют еще в нескольких делах. Причем связаны они уже именно с ответственностью главбуха за преступление, предусмотренное статьей 199.2 Уголовного кодекса РФ – «Сокрытие имущества, за счет которого должны взыскиваться налоги». Под таковым суды признают очень часто применяемые на практике (и формально легальные) способы перенаправления денежных потоков в обход расчетного счета организации-должника.

Речь идет о проведении искусственных взаимозачетов, а также об оплате с использованием третьих лиц, то есть направлении должникам писем с просьбой перечислить деньги напрямую кредиторам организации, минуя ее счета. Подобные действия в условиях, когда счета организации заблокированы налоговым органом из-за недоимки, могут быть квалифицированы как преступление.

Подготовка таких писем зачастую поручается именно главному бухгалтеру. Но даже если подобные письма уходят к контрагентам за подписью главбуха, к ответственности обычно привлекают руководителя компании. Связано это с тем, что в вышепоименованной статье в качестве субъекта преступления указан именно руководитель и в большинстве случаев следствие устанавливает, что «отмашку» на подготовку и отправку писем давал именно он. Просто действовал «чужими руками», через главбуха.

Однако в этой статье имеется оговорка, что к уголовной ответственности может привлекаться «иное лицо, выполняющее управленческие функции в этой организации». Судебной практике известны случаи, когда таким лицом признавался главный бухгалтер (приговор Канского городского суда Красноярского края от 02.08.12 по делу № 1-414/2012).

Актуально

Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично.

В этом деле суд установил, что главный бухгалтер предприятия согласно должностной инструкции являлся ответственным за рациональное и законное распределение финансов организации. Выполняя эти обязанности, главбух предпринял действия по умышленному сокрытию от налоговиков денежных средств организации. В частности, он подготовил и направил письма распорядительного характера о перечислении денежных средств предприятиям-контрагентам через счета третьих лиц. Также по его распоряжению часть средств, принадлежащих организации, были выведены на расчетный счет организации-контрагента посредством заключения в ней посреднического договора, предоставлявшего контрагенту право получать платежи, причитающиеся организации.

Так что подобные формально законные действия вкупе с положениями должностных инструкций вполне могут подвести главбуха «под статью». Избежать превращения из свидетеля в обвиняемого помогает своевременное письменное информирование руководителя о недопустимости подобных действий (апелляционное определение Московского областного суда от 04.07.2013 по делу № 22-4285/13).

 СМС как улика 

Спасти от наказания главбуха подмосковной компании счастливой случайности оказалось не по силам. Слишком много набралось улик, подтверждающих вовлеченность дамы в совершение преступления.

Во-первых, главбух была «держателем» флеш-карты с паролем по ведению банковского счета ООО. Во-вторых, по договору с банком уведомления о движении денежных средств по счету поступали в виде СМС-сообщений именно на мобильный телефон бухгалтера. Соответственно, она могла четко соотносить реальные сделки с теми, которые оформлены только для видимости. Кроме того, главбух имела доступ к печати компании.

Наконец, в силу своих должностных обязанностей главбух была полностью осведомлена об объемах и ассортименте фактически поставленного сырья, фактической стоимости поставляемой продукции и данных о реальных поставщиках. При таких обстоятельствах суд счел установленным, что в тех случаях, когда главбух принимала к оплате и проводила по бухгалтерскому учету фиктивные счета-фактуры, договоры и акты, она действовала именно с умыслом на уклонение от налогов. С тем же умыслом она переносила фиктивные данные в соответствующие декларации по налогу на прибыль и НДС, что уже образует состав преступления по ст. 199 УК РФ (постановление Ступинского городского суда Московской области от 05.04.2017 по делу № 1-59/2017).

Золотой ключик 

А в другом деле все для бухгалтера закончилось благополучно. Суд изучил фактические отношения между руководством и бухгалтерий, установив, что в компании был заведен следующий порядок. Ключи от системы «клиент-банк» всегда находились у руководителя, а сертификат ключа КЭП для подписания отчетности — у сотрудников бухгалтерии. Перед отправкой декларацию показывали директору, который давал разрешение на отправку отчетности в налоговую инспекцию. Также судом было установлено, что главбух не имел свободного доступа к печати организации, которая постоянно хранилась в кабинете руководителя.

Актуально

Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично.

Эти обстоятельства в совокупности дали возможность суду утверждать, что именно директор умышленно предоставлял главному бухгалтеру подписанную им (директором) первичную документацию по взаимоотношениям с фиктивными фирмами, достоверно зная, что главбух внесет эти сведения в данные бухгалтерского учета. При этом средства по фиктивным договорам директор перечислял самостоятельно и также сам контролировал отражение этих операций в налоговой отчетности. В результате суд установил отсутствие умысла бухгалтера на уклонение от уплаты налогов, констатировав, что сотрудник лишь выполнял свои должностные обязанности, не зная о противоправных действиях руководителя (апелляционное определение Мосгорсуда от 09.03.2016 по делу № 10-2411/2016).

Главбуху вернули утраченное доверие 

Увольнение бухгалтера в связи с утратой доверия – конечно, еще не уголовное дело, но штука, согласитесь, крайне неприятная. До «уголовки» - пара шагов.

Поводом для принятия решения об увольнении главбуха волгоградской компании послужил отчет аудиторской фирмы, согласно которому финансово-хозяйственная деятельность организации под руководством генерального директора и главного бухгалтера велась с нарушением законодательных актов РФ.

Аудиторы указали на неисполнение главным бухгалтером обязанностей представлять полную и достоверную бухгалтерскую и налоговую отчетность, обеспечивать соответствие хозяйственных операций законодательству РФ, осуществлять контроль за движением имущества и выполнением обязательств.

Список нарушений был объемным – от неисполнения требований ПБУ 5/01 «Учет материально-производственных запасов» до несоответствия данных бухгалтерского учета действительному состоянию расчетов.

Кроме того, было указано, что в результате трудовой деятельности главбуха у общества возникли неблагоприятные имущественные последствия: имеется долг генерального директора по выданным ему подотчетным денежным средствам; существует невзысканная «дебиторка» и т. д.

Перечисленные обстоятельства были квалифицированы как нарушение главным бухгалтером условий заключенного с ней трудового договора. В результате оный был расторгнут на основании «совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя» (п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ).

Обратившись в суд, главбух потребовала восстановления на работе, взыскания заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов. В обоснование своей позиции она ссылалась на то, что лицом, обслуживающим денежные и товарные ценности, она не являлась.

Районный суд счел увольнение правомерным. Однако апелляционная инстанция встала на сторону главбуха. Судьи указали на следующее.

Согласно пункту 45 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 № 2 расторжение трудового договора с работником на основании утраты доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение).

Должность главного бухгалтера не поименована в Перечне должностей, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности.

В соответствии с приказом главбух несет ответственность за ведение бухгалтерского учета, за формирование учетной политики, за своевременное представление полной и достоверной бухгалтерской и налоговой отчетности, за обеспечение соответствия хозяйственных операций законодательству РФ, осуществляет контроль за движением имущества и выполнением обязательств.

Из трудового договора и должностной инструкции главного бухгалтера видно, что прием, хранение и выдача наличных денежных средств и ведение кассовой книги не входили в ее должностные обязанности. Эти функции выполнял кассир (другой сотрудник).

Таким образом, увольнение истца по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи с утратой доверия является незаконным, работник должен быть восстановлен в должности главного бухгалтера (апелляционное определение Волгоградского областного суда от 21.07.2017 по делу № 33-12212/2017).

Налоговую недоимку приравняли к ущербу

В Конституционный суд РФ пожаловались на нормы Гражданского, Налогового и Уголовно-процессуального кодексов РФ, которые позволили взыскать с бывшего бухгалтера налоговую недоимку как ущерб. Приговора в отношении бухгалтера не было (уголовное дело было прекращено по амнистии), а юрлицо до сих пор действует. Заявительница полагает, что в такой ситуации взыскание с нее ущерба в гражданском порядке неконституционно.

Подательница жалобы была индивидуальным предпринимателем (сейчас на пенсии) и оказывала бухгалтерские услуги некоему ООО. Налоговая проверка общества выявила, что бухгалтер неверно определила режим налогообложения компании, что привело к недоимке. Общество заплатило налоги и штрафы (4,5 млн руб.), а нарушение было признано неумышленным. Уголовное дело против бухгалтера было прекращено по амнистии, однако налоговая инспекция взыскала с нее 2,8 млн рублей недоплаченной обществом недоимки как ущерб, который, по мнению налоговиков, был нанесен бюджету.

В своей жалобе экс-бухгалтер настаивает, что она не была должностным лицом юрлица, а с нее взыскали ущерб без приговора и наличия вины. Налоговый орган не доказал, что она присвоила средства. ООО до сих пор действует. По мнению заявительницы, такое применение норм Гражданского, Налогового и Уголовно-процессуального кодексов, как было в ее деле, неконституционно.

Один из главных вопросов, которые затронуты в жалобе, - допустимость применения Гражданского кодекса РФ (ГК РФ) к налоговым отношениям. Взыскать вред по ГК РФ было бы возможно, если бы у бюджета были средства, которые утрачены, отмечает управляющий партнер «Пепеляев Групп» Сергей Пепеляев. Но в данном случае этого не было, ведь формально недоимка бюджет страны не уменьшает.

Наконец, еще одна проблема связана с последствиями освобождения от уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям. Лицо виновным не признается, но на практике у лиц такие же риски, как если бы они были признаны виновными.

Сама жалоба было подана еще летом, однако рассмотрели ее только в начале ноября. Решение еще не вынесено.

Личная заинтересованность

Для доказывания того, что бухгалтер не просто выполнял свои трудовые обязанности, а был осведомлен о фактических намерениях руководства, в ход идут данные соответствующей переписки между руководителем и главбухом. Причем изучается не только официальная документация (служебные записки и т. п.), но и «неделовая» переписка.

Например, судебной экспертизой, проведенной в отношении изъятых в организации носителей информации (жестких дисков и серверов), было установлено, что между главбухом и представителем обслуживающей бухгалтерии, с помощью которой была занижена налоговая база, велась активная переписка (апелляционное определение Мосгорсуда от 15.04.2015 по делу № 10-4640/15).

Еще одной разновидностью доказательств являются различные факты, косвенно свидетельствующие о личной заинтересованности главбуха в уменьшении суммы налогов. Таким фактом может быть, в частности, использование личных счетов бухгалтера для осуществления расчетов с контрагентами предприятия.

Также главбуху могут навредить обнаруженные у него дома или на рабочем месте пустые листы, бланки предприятия и незаполненные платежные поручения, на которых уже проставлена подпись руководителя (апелляционное определение Свердловского областного суда от 24.06.2013 по делу № 22-6971/2013).

Неправомерное применение спецрежимов

Есть одна ситуация, в которой суды безусловно признают виновным в уклонении от уплаты налогов именно главбуха, а не руководителя. Речь идет о неправомерном применении компанией специальных налоговых режимов и, соответственно, непредставлении в последующем - после того, как о факте неправомерности стало известно главбуху, - налоговых деклараций по НДС и налогу на прибыль за то время, когда компания не имела права на спецрежим.

В таких случаях вся вина за неуплаченные суммы налога ложится именно на главбуха. Ведь он является лицом, ответственным за ведение налогового учета и представление деклараций (приговор Серпуховского городского суда Московской области от 02.06.2011 по делу № 1-37/2011 и апелляционное определение Свердловского областного суда от 24.06.2013 по делу № 22-6971/2013).

P.S. Бухгалтеру же на всякий случай стоит помнить вот о чем. При решении вопроса о наличии умысла суды учитывают обстоятельства, указанные в статье 111 Налогового кодекса РФ как исключающие вину в совершении налогового правонарушения (п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от 28.12.06 № 64). К ним, в частности, относятся «совершение деяния, содержащего признаки налогового правонарушения, физическим лицом, находившимся в момент его совершения в состоянии, при котором это лицо не могло отдавать себе отчета в своих действиях или руководить ими вследствие болезненного состояния».

Указанные обстоятельства доказываются предоставлением в налоговый орган документов, которые по смыслу, содержанию и дате относятся к тому налоговому (расчетному) периоду, в котором совершено налоговое правонарушение.

Сергей Данилов, корреспондент «ПБ»

Вверх