Признаки, по которым ФНС определяет «технические» компании

Постановление Арбитражного суда
№Ф05-26390/2023 от 20.11.2023

По каким признакам налоговая определяет «технические» компании и дробление бизнеса

Резолютивная часть постановления объявлена 13 ноября 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 20 ноября 2023 года

Арбитражный суд Московского округа в составе:

Председательствующего судьи: Гречишкина А.А.

судей: Анциферовой О.В., Каменской О.В.

при участии в заседании:

от заявителя: ФИО по доверенности от 17.02.2023

от заинтересованного лица: ФИО1 по доверенности от 17.10.2023, ФИО2 по доверенности от 04.04.2023, Макаров Д.Р. по доверенности от 26.05.2023

рассмотрев 13 ноября 2023 года в судебном заседании кассационную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «С»

на решение Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2023,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2023

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «С»

к Инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по г. Москве

о признании недействительным решения,

установил:

решением Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2023 отказано в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «С» (далее — заявитель, общество) о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по г. Москве (далее — Инспекция, налоговый орган) от 23.12.2022 № 12/68 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Не согласившись с выводами судов, общество обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, направить дело на новое рассмотрение, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, неполное выяснение обстоятельств по делу, неправильное применение норм права.

Поступивший от Инспекции отзыв на кассационную жалобу, судом приобщен к материалам дела в соответствии со статьей 279 АПК РФ.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель общества изложенные в жалобе доводы и требования поддержал.

Представитель Инспекции возражал против удовлетворения кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения относительно них, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция полагает, что отсутствуют основания для отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Как установлено судами, по результатам выездной налоговой проверки по вопросам правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты всех видов налогов за период 2018-2020 годы, общество привлечено к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее — НК РФ) в виде штрафа в общем размере 94 893 476 руб., доначислены налог на прибыль организаций, НДС, НДФЛ, страховые взносы в общей сумме 373 386 001 руб., пени за несвоевременную уплату налогов в общей сумме 156 390 532,21 руб., всего — 624 670 009,21 руб.

Основанием для вынесения обжалуемого решения послужил вывод налогового органа о том, что обществом в нарушение пункта 2 статьи 54.1, статей 169, 171, 172, 252 Налогового кодекса Российской Федерации необоснованно занижен НДС, подлежащий уплате, на сумму вычетов по взаимоотношениям с ООО «Б»1, ООО «Ф», ООО «Б»2, ООО «В», ООО «Д», ООО «П», ООО «П»2, ООО «Г», ООО «В», ООО «Л»; необоснованно уменьшена налоговая база по налогу на прибыль организаций на сумму расходов по взаимоотношениям с ООО «Б»1, ООО «Ф», ООО «Б»2, ООО «П», ООО «В», ООО «П»2, ООО «Г», ООО «Д», ООО «В», ООО «Л», ИП ФИО, ИП ФИОИ1, ИП ФИО 2, ИП ФИО3.

Не согласившись с решением налоговой инспекции, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в проверяемый период налогоплательщик заключил с ООО «Б***» (сеть ресторанов) (далее — заказчик) договор № **04 от 01.03.20** оказания услуг (поварских услуг; услуг по выполнению кассовых операций; услуг по проведению инструктажей; услуг по уборке помещений, и др.).

Фактически общество оказывало заказчику услуги по представлению персонала (аутсорсинг): сотрудники сети ресторанов «Б***» в должностях, на которые распространялось понятие «член бригады ресторана», принимались на работу в ООО «С», после оформления документов о приеме на работу, и направлялись для выполнения работ непосредственно в рестораны сети заказчика.

В соответствии с дополнительным соглашением № б/н от 29.12.20** к договору 01.03.20** стороны договорились, что исполнитель обязуется уплатить заказчику премию за достигнутый объем услуг и за оплату услуг в отчетном периоде. При этом размер премии не учитывается при определении цены оказанных услуг, не изменяет цену и общую стоимость услуг, ранее оказанных по договору.

В ходе проверки инспекцией выявлены факты, свидетельствующие о том, что общество входит в группу компаний (далее — группа компаний Ю, ГК Ю) с единым центром управления, бухгалтерией, юридической службой, оформленными на разные юридические лица. При этом флагманской компанией является ООО «К «Ю».

ООО «С», в лице бенефициаров ГК Ю ФИО4 (генеральный директор и учредитель ООО «К «Ю»), ФИО5. (аффилированное лицо, мать супруги ФИО5., учредитель ООО «К «Ю»), ФИО6 (учредитель ООО «К «Ю») являются непосредственными участниками схемы ухода от налогообложения, выгодоприобретателем которой является Общество в лице указанных бенефициаров.

Основным контрагентом, на которого приходилось до 90% выручки в 2018-2019 гг., ГК Юнити, в том числе ООО «С», являлся контрагент ООО «Б***» (заказчик).

Для исполнения своих обязанностей по договору с заказчиком общество приобретало услуги (подбор персонала — «членов бригады ресторана»; управление персоналом ресторана; услуги администратора; услуги по оценке эффективности работы членов бригад ресторана; услуги, связанные с размещением рекламных материалов в сети Интернет и др. у ООО «Д»2, ООО «Ф»2, ООО «П», ООО «В», ООО «П»2, ООО «Г», ООО «Б», ООО «В», ООО «Л», ООО «Б», ИП ФИО2, ИП ФИО3, ИП ФИО4, ИП ФИО5 а также услуги по разработке программного обеспечения и баз данных, адаптации и модификации программ для ЭВМ и баз данных и установки, тестирования, сопровождения аппаратного обеспечения ЭВМ, информационно-консультационных услуг, заявленных от ООО «Б»3, ИП ФИО3.

В ходе проверки Инспекцией установлено, что организациями-контрагентами и Обществом создана схема, направленная на минимизацию налоговых платежей, обналичивание денежных средств в интересах должностных лиц ГК Ю и их родственников.

Суды первой и апелляционной инстанций, отказывая в удовлетворении заявления, согласились с выводами налогового органа, изложенными в оспариваемом решении.

Суды исходили из установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, свидетельствующих о получении налоговой экономии и уменьшения своих налоговых обязательств путем создания и использования формального документооборота без осуществления реальных финансово-хозяйственных взаимоотношений.

Суды первой и апелляционной инстанций, проверив объем и содержание представленных по делу доказательств установили, что общество умышленно с участием «технических» организаций, подконтрольных обществу, создало собственную схему минимизации налогообложения, в которой является выгодоприобретателем.

Фактически спорные контрагенты не являлись самостоятельными юридическими лицами и не осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность. Указанные лица обладали признаками «технических» звеньев ООО «С» и участниками схемы вывода денежных средств через цепочку «технических» организаций на счета физических лиц, операции с которыми не подтверждены. Работы, переданные на субподряд спорным контрагентам, выполнены собственными силами (сотрудниками) Общества.

Судами установлено, что спорные контрагенты имеют признаки технических организаций, не осуществляющих самостоятельной деятельности, а именно: наличие записи о недостоверности адреса местонахождения в ЕГРЮЛ; регистрация нескольких организаций по одному адресу; отсутствие трудовых и производственных ресурсов; хранение по едином адресу ООО «К «Ю» учредительных документов, печатей организаций, сертификатов ключей ЭЦП, деловой переписки, ключей, паролей от Клиент-Банка; пересечение работников организаций, доверенных лиц на представление интересов в банках, в МИФНС России № 46 по г. Москве; наличие номинальных генеральных директоров и учредителей; совпадение IP-адресов компьютеров, с которых спорными контрагентами осуществлялась отправка налоговой отчетности; отсутствие сайта организации в сети интернет; минимальная налоговая нагрузка; открытие счетов в одном и том же банке; осуществление централизованного управления бизнес-процессами, финансовыми потоками, ведением бухгалтерского налогового учета; отсутствие источников налоговых вычетов, в том числе, по причине предоставления деклараций с «нулевыми» показателями или непредставления деклараций контрагентами по цепочке спорных сделок; контрагенты 2-го звена обладают признаками фирм — «однодневок»; движение денежных средств по расчетным счетам имеет «транзитный» характер; отсутствие деловой репутации (отсутствие сайтов, сведений об организациях в сети Интернет).

В результате анализа схемы движения денежных средств установлены признаки закольцованности: факты перечисления денежных средств родственникам должностных лиц и руководящего состава ГК Ю — ФИО3(супруга бенефициара ГК Ю., ИП учредитель ФИО3 ООО «К»), ФИО4. (сестра фИО3), ФИО6 (руководитель юридического департамента ГК Ю — ООО «Д», отец бенефициара ГК Ю ), ФИО7, ФИО8, ФИО9 (ИП, сыновья бенефициара ГК Ю.) ФИО10 (отец супруги бенефициара ГК Ю), ФИО11 (сотрудник Ю, руководитель ООО «Д» и ООО «Э», супруга — руководителя ООО «Б»), ФИО12 (супруг ФИО11 — главного бухгалтера ГК Ю, руководителя ООО «С»2). На основании анализа сведений выписок банка установлено, что индивидуальными предпринимателями денежные средства, поступающие от ООО «С» на расчетные счета, были направлены на минимально необходимые расходы для осуществления предпринимательской деятельности, в т.ч., расходы на уплату комиссии банку за ведение расчетного счета. Остаток денежных средств на счетах индивидуальных предпринимателей обналичивается, как доход предпринимателя путем перевода денежных средств на счет физического лица.

Выводы судов об этих обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемых судебных актах и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ.

При этом суды основывали свою позицию на положениях Налогового кодекса Российской Федерации и разъяснениях, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами доводы и возражения исследованы в полном объеме, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно.

Доводы кассационной жалобы оценены судом округа и признаны несостоятельными, поскольку они сводятся к несогласию общества с приведенной судами оценкой, данной фактическим обстоятельствам спора и представленным в дело доказательствам, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 АПК РФ, в связи с чем они не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Суды установили обстоятельства, имеющие значение для его правильного разрешения и сделали обоснованный вывод об отсутствии совокупности условий, необходимых для удовлетворения заявленных требований.

Неправильного применения норм материального права или нарушения норм процессуального права, влекущих отмену судебных актов, в том числе тех, на которые имеется ссылка в кассационной жалобе, не установлено.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для безусловной отмены судебного акта, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 284 — 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд:

постановил:

решение Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2023 по делу № А40-44286/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу — без удовлетворения.